В моем классе ученик с СДВГ, и детям, особенно гиперактивным, нравится упорядоченная реальность. Они любят и уважают учителей, которые ведут себя предсказуемо, последовательно и весело. С ними они чувствуют себя в безопасности и могут развивать свои способности. Поэтому вначале я организовываю мир вещей и занятий вокруг Яна так, чтобы он мог гармонично развиваться. Нервная система отвлеченного, импульсивного и гиперактивного ребенка не может противостоять давлению различных раздражителей, посылаемых школой. Я могу уменьшить их, введя новый порядок в классе. Я отодвигаю стол мальчика немного подальше от других столов, а также от своего стола. Оказывается, Хасио нужно больше собственного пространства для себя, чем другим ученикам. Сидя слишком близко ко мне, он тоже не может сосредоточиться, потому что чувствует себя подавленным мной! Я согласен с ним, на каком расстоянии он чувствует себя комфортно от меня и других детей — слишком большое расстояние может заставить его почувствовать себя отвергнутым или позволенным играть вместо обучения. Сейчас занимаюсь «ларьками», забирающими места многим детям. Раньше я проповедовал правила содержать парту в порядке и приносить необходимые школьные принадлежности, но мои ученики адаптировали их к своим прихотям. Поэтому я формулирую те же правила на языке конкретного поведения. С этого момента у вас может быть только посуда, необходимая для выполнения данной задачи на скамейке. Башня, тщательно выстроенная из книг и тетрадей, за которой скрывался Жозио, исчезает. Крысия больше не пишет в блокнот, который лежит у нее на коленях, потому что ее талисманы, красиво расположенные почти на всей столешнице, ушли в рюкзак. Казио знает, что происходит на уроке, потому что ему не нравится его новая «клетка». Он не целует ее, не трогает и больше не заворачивает в узелок платка, если ему приходится держать его в рюкзаке. Та же участь постигла Walkmans, журналы или компасы, которые искушают вас копать с ними ямы. Две девушки на второй скамейке в среднем ряду больше не будут рисовать маркерами большие свежешитые «раны» на шее мальчиков с первой скамьи… Как все это внедрить, чтобы дети не протестовали? Как оправдать во времена фехтования на правах детей? Я задаю себе основные вопросы: для чего дети ходят в школу и кто за это отвечает? В первой главе Закона о системе образования я прочитал, что «Образование и воспитание служат развитию у молодых людей чувства ответственности, любви к родине и уважения к польскому культурному наследию, при этом они открыты для ценностей европейской и мировой культур. Школа должна предоставить каждому ученику необходимые условия для его развития, подготовить его к выполнению семейных и гражданских обязательств, основанных на принципах солидарности, демократии, толерантности, справедливости и свободы. «Шестая статья этой главы не оставляет сомнений в моей роли в работе по обучению и воспитанию:« Учитель обязан неукоснительно выполнять основные функции школы: обучение, воспитание и уход; стремиться к полноценному развитию личности и личности ученика. Учитель обязан воспитывать и воспитывать молодых людей, любящих родину; соблюдение Конституции Республики Польша; в духе гуманизма, толерантности, свободы совести, социальной справедливости и уважения к труду; заботиться о формировании нравственных и гражданских позиций учащихся в соответствии с идеями демократии, мира и дружбы между людьми разных наций, рас и мировоззрений. " Дети должны быть осведомлены о том, что, поскольку учитель отвечает, он должен решить, что им делать с учениками. Учитель руководит классом. Ученики внимательно слушают учителя. Они старательно выполняют его приказы. Собственно, все это знают и признают более или менее осознанно https://king-stephen.blogspot.com/2020/08/korotkaja-doroga-missis-todd.html. Обычно дети действуют в соответствии с внутренними социальными нормами, которые регулируют сотрудничество и приводят к достижению отдаленных целей. Почему же тогда в классе с гиперактивным ребенком учителю и ученикам трудно сохранять свою роль? В предыдущей классной группе я старался следовать потребностям отдельных учеников. Когда класс решал задачу самостоятельно, я помогал тем, кто сообщал о трудностях. Дети чувствовали себя в безопасности, зная, что они получат помощь и усилия каждого из них будут оценены по достоинству. В моем текущем классе я вижу явное чувство нервозности: дети следят друг за другом, а не за выполнением задания. Они выставляют напоказ и играют друг с другом, находят причудливые оправдания неподобающему поведению. У меня такое ощущение, что классом правлю не я, а студент с СДВГ. Но почему он постоянно жалуется, что ему кто-то причиняет боль? Потому что классом правит не мой Хасио, а это «что-то», что есть в нем. Хасио сильно и безудержно стремится к тому, чтобы его ценили. К сожалению, он постоянно терпит неудачи из-за своей невнимательности и импульсивности. Мальчик чувствует огромное напряжение и потребность действовать, он должен немедленно получить награду. Он удовлетворяет свои пристрастия и манипулирует правилами таким образом, чтобы нарушать их под видом их использования. Иногда я даже не знаю, что сказать, и урок прерывается. Проявления моей нервозности, попытки наказать в Джонни еще большее напряжение и ухудшение поведения и галоп странных идей. Несмотря ни на что, он просто делает свое дело, что вдохновляет других детей. Похоже, мне нужно справиться со своими эмоциями, чтобы снова встать у руля. Шалости студента с СДВГ перестают причинять мне боль, потому что «я больше не принимаю их на свой счет». Вспоминая о болезни Хасио, я понимаю, что, выкрикивая грубые слова, он меня не обижает, а выражает свое настроение: если ему сейчас плохо, пусть и другим плохо. Я начинаю воспринимать манипулирование правилами как вызов для себя. Я противопоставляю импульсивность ученика внимательному отстранению. Вместо того, чтобы заболеть «белой лихорадкой», я следую совету Мицкевича: «Твардовский придумывает концепцию и представляет новую трудность». В то же время я знаю, что необходимо заменить существующие пункты контракта положениями, которые ограничат возможность Джона манипулировать. После урока я записываю любые попытки манипуляции и законные способы их предотвращения… На следующий день моя гиперактивная ученица встретила меня…